Правдивый разговор дедушки и внучки

— А я ездила в Куршавель с папочкой! И в Китай, и Египет!

— Посчастливилось тебе, стало быть. Мы, внученька, в те годы постоянно в очередях выстаивали за всем. Для получения квартиры, места в детском саду, на операцию стояли годами. Чтобы купить хлеб, молоко, мясо, шапку, колготки, белье, обувь, посуду, нужно было выстоять часы. 

— Деда, что ж ты не звонишь? Я переживаю!

— Заряд на телефоне закончился, а обычный пару месяцев как не работает. Что-то там у них из лада вышло, и решить никак не могут кому кабель принадлежит — федеральному или региональному надзору.

— Деда! Как вам тогда жилось? Без телефонов, мобильников, интернета. Не было пульта для смены каналов телевизора? Вы что, постоянно бегали от дивана к телевизору и обратно, чтобы переключить все пятьдесят каналов?

— Моя ты хорошая!.. Мы не имели телевизора вовсе. У кого имелся телевизор, то к ним всем двором приходили посмотреть… Про мобильные и говорить нечего. Но мы имели наш телефон — Дерибасовская улица. К вечеру распостранялись среди всех новости! От слушавших Би-би-си или “Голос Америки”… И все тихо, на ухо..

— И что дальше?

— Дальше те, что говорили на ухо, пропадали… Прабабушка была коммунисткой, прадедушка был футболистом. Его интересовал “Голос Америки”, а ее — закрытые письма на партсобраниях. Тогда они делились тем, что у него, и что у нее…

— Деда, а летом ты куда ездил отдыхать? В Турцию, на Канары?

— А летом “на отдых” мы ездили в Молдавию, сбивать ящики для винограда. Жара стояла…. кушали кукурузную кашу. За ящик давали 2 копейки…

— Мама твоя тоже сбивала?

— А как же? Она же коммунистка, а коммунистам отдых не положен. Им нужно было строить коммунизм день и ночь!

— А коммунизм — это что?

— Понятия не имею. Я его не дождался, хвала небесам, однако капитализм наблюдаю показательно. Хочу, ем сосиски, хочу — селедку. И не свыкнусь с таким изобилием. Но если бы у меня была лишь только пенсия, то походы в магазин были бы только в виде экскурсии…  Тогда же колбасы было не сыскать. А если и была, то не всем доставалась.

— А кому доставалась?

— Им.

— Кому им?

— Тем, кто имел хорошую мебель, ел черную икру, пил виски, курил сигареты Мальборо… Холодильники забивали под завязку… Те, кто жили в иной стране! А теперь они имеют еще больше — дома, яхты, Куршавель…

— А я ездила в Куршавель с папочкой! И в Китай, и Египет!

— Повезло тебе, стало быть. Мы, внученька, в те годы постоянно в очередях выстаивали за всем. Для получения квартиры, места в детском саду, на операцию стояли годами. Чтобы купить хлеб, молоко, мясо, шапку, колготки, белье, обувь, посуду, нужно было выстоять часы. 

Витрина была, а на ней надпись “Рыба — мясо”, а внутри пусто, ничего…

Самой вкусной едой был хлеб, намазанный маслом и посыпанный сахаром. Много людей выживали за счет обворовываний. Что где могли, то и воровали: ткань, кожу, икру. Но сегодня воровство покрупнее будет — газ, топливо, ценные металлы…

— Ти тоже обворовывал?

— Я давал концерты на стороне. Без них я бы не выжил…

—  На стороне — это как?

— Как выходишь из дома и сразу на сторону… Подожди, а почему ты вчера не спала до 3-х ночи?

— Лазила в интернете, а тогда смотрела телешоу.

— Это у них не телешоу, а балаган какой-то, посмотрел однажды: там сплошная ругань матом, драки, предательства, и при этом всем заявляют, что они счастливы!…

— Поэтому то и шоу!

—  Да нет, то жизнь.

— Деда, ну если не нравится — смотри что-то другое!

—  А тебе это нравится?

— Я балдею от “Камеди” и от “Нашей раши”!

— Прости, однако это параша!

— А это еще что такое — параша?

— Лучше тебе и не знать!.. Хотя, сейчас стали выставлять на показ малолеток-убийц. На первом месте малец, который убил четыре человека…

— Послушай, мама говорила, что ты играл в некоего Райкина… Интересно послушать…

— Это да, свезло мне.

— А он кто?

— Как объяснить то? Знаменитый актёр театра, эстрады и кино, театральный режиссер, конферансье, сатирик. Петросян ему не ровня.

— А это кто?

— Ты и о Петросяне не знаешь?

— Неа, я Собчак знаю — она классная!

— А это кто?

— Деда, как так — не знаешь Собчак?!

— Не знаю, но Шуру знаю.

— И кто это?

— Шура? Это брэнд. Хоть сбрэндь. Вопще отъезд…

— Деда, а сколько пенсии ты получаешь?.. Что умолк? Плачешь, что ли?

—  Да нет, это я хохочу. Посмеятся редко есть повод… Сколько пенсии? А пенсии столько, что на нее живете все вы. Благодаря стране, которая всем по заслугам, во всю Ивановскую…

— Не стоит расстраиваться, ты еще ого-го!

— Ну да, еще что-то могу. А другие?

— Каждому живется, как можется. 

— Не живется, а выживается…

— Да нет же! Глянь, сегодня есть все — подгузники, сладости, машины — все!

— Согласен, есть. Но это все импортное — и одежда, и продукты, и фильмы, и футбол. Где они, Лобановский, Стрельцов, Яшин?! Но тебе они не известны… Во то был Футбол!

— Деда, а тебе нравятся чупа-чупсы?

— Чипсы что ли?

— Хах!.. Деда, ты че? Хав ар юю?

— Не очень… Сахар, давление… Еще бы поперчить!

— Чего для тебя купить? Я в скором времени поеду на учебу в Англию!

— А у нас не так учат?

— Папа так захотел.

— А что ты?

— Неа, я не.

— Для чего тогда едешь?

— Без понятия… Деда, а кем Подсолнухи нарисованы?

— Тебе для чего?

— Ем.. Для теста в Англии.

— Ван Гог!

— Ого! И кто же это?

— Художник без уха.

— Родился таким?

— Отрезал себе сам.

— Почему?

— Подсолнухи не по душе ему пришлись.

— А Джоконда чья?

— Леонардо!

— Имя такое?

— Да, Леонардо Да Винчи.

— О каких террористах ты знаешь?

— Твою дивизию…

— Ну это же тест!

— Кое-что слышал.. Поди знай их… Хамас, группа ЭТА

— Что за это?

— Ну как баски… Или вроде красных кхмеров…

— Это как “наши”?

— Да нет, “наши” здесь, у нас.

— И что они хотят?

— Кхмеры, что ли?

— Неа, “наши”.

— Чтоб, например, ты не ехала учится в Англию, а была здесь. Ты же патриотка?

— Без понятия.

— Ну вот кого ты любишь?

— Тебя, папу, маму, бабушку, Леню.

— А свою страну?

— И свою страну. В школе спрашивали за кого я. А я не знала. А ты?

— Ну как же за кого я? За тебя.

— Деда, мы — евреи? В школе сказали, что у меня есть схожесть…

— Я то да, а вот ты нет.

— Отчего же?

— Мама и папа у тебя русские.

— Как это? Мама ведь твоя дочка?

— Так и есть. Только русская она.

— Как так?

— Так понадобилось. Я ношу не свою фамилию.

— А чью?

— Псевдоним.

— Как это?

— Была такая необходимость. Будешь чуть постарше, тогда объясню.

— Ой деда, извини, по второй линии звонок!.. Алло! Да Танюха! “Звери”? Конечно иду! Чао!.. А, деда, я на “Зверей” пойду!

— В зоопарк?

— Деда, ты не айс!

— Лучше б ты что-то взяла почитать. Такая библиотека без дела стоит. Кому все это передать? Ты читала «Двенадцать стульев», «Собачье сердце»?

— Смотрела. Там ты! Но скучновато как-то… А “Няня” — это да!

— О Господи, это — моя внучка!

— Деда, я еще прочитаю, время то сеть! Пол твоей книги я уже прочитала!

— И как тебе?

— Фотографии классные, бабушка на них красивая! Сколько ей было лет, как вы встретились?

— 17

— А тебе сколько?

— 27

— Ты уже был староватым! И сколько лет вы уже вместе?

— Сорок.

— Ниче се! С ней одной?

— Ну да.

— Ну, деда, ты даешь!..

— У тебя бойфренд имеется?

— Да. Но, увы, он грузин.

— Почему же увы?

— Хочет забрать меня в Грузию.

— О, это чудесная страна! И что, у вас это серьезно?

— Он мне симпатичен. Он такой аппетитный.

— Господи, тебе же только пятнадцать! Однако Джульетта… тринадцати лет…

— Кто она?

— Одна напористая барышня… Но кончилось все плохо…

— Они забыли о предохранении?

— Вот тебе на! Тебе и это известно?

— В школе проводят уроки по сексологии. Мальчиков учат пользоваться презервативами…

— Мда… Я вообще не айс!

— Деда, а знаешь, ну их, этих “Зверей”… Давно мы вот так не разговаривали с тобою. Давай-ка съездим в ту твою Одессу!

— Обязательно съездим. Одесса намного лучше Лондона! Море, солнце… А какие там люди радушные. А юмор! Он там особый… Но Одесса — это город, который нужно познавать изнутри. Как-нибудь, однажды ты так или иначе приедешь туда со своими детьми. И расскажешь им про меня. По рукам?